Уголовно-правовая характеристика бандитизма (ст. 209 УК РФ)


Объект и объективная сторона бандитизма

Под объектом преступления в уголовном праве понимаются общественные отношения, блага и интересы, на которые направлено преступное деяние и которым причиняется вред (либо создается угроза причинения вреда). Одним из объектов уголовно-правовой охраны в ст. 2 УК РФ названа общественная безопасность.

Преступления, посягающие на общественную безопасность, объединены в гл. 24 УК РФ. К числу данных преступлений и относится бандитизм (ст. 209 УК РФ).

Понятие общественная безопасность наиболее обстоятельно изучается представителями науки административного права.

В частности ученые предлагают под общественной безопасностью понимать «правовое состояние защищенности личности и общества от факторов, создающих потенциальную и реальную опасность жизненно важным интересам личности, общества и государства, выраженных, в частности, в общественно опасных действиях (бездействии) и охраняемых системой норм административного, информационного, уголовного, экологического и других отраслей права».

Другие ученые считают правильным общественную безопасность понимать широкой и узкой трактовках. Третьи ученые отмечая многоаспектный характер общественной безопасности, определяют ее как совокупность общественных отношений, создающую нормальные безопасные условия общественной жизни.

Понятие общественной безопасности имеет и нормативное определение в Концепции общественной безопасности в Российской Федерации, утвержденной Президентом РФ. Согласно п. 4 Концепции общественная безопасность – «это состояние защищенности человека и гражданина, материальных и духовных ценностей общества от преступных и иных противоправных посягательств, социальных и межнациональных конфликтов, а также от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.»

Из нормативного определения вытекает объектный состав общественной безопасности — человек и гражданин. А.В. Степанов на основе анализа научного и нормативного определений термина предлагает авторский вариант, согласно которому общественная безопасность понимается «как государственно-правовой институт, включающий комплекс механизмов и структур по обеспечению состояния защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от угроз в различных областях общественной жизни (социальной и межнациональной, правоохранительной, пожарной, химической, биологической, ядерной, радиационной, гидрометеорологической, промышленной и транспортной)».

Таким образом, доктрина трактует общественную безопасность расширительно, как комплексное явление общественного бытия современной России, как ожидания общества в данной сфере, тогда как Концепция общественной безопасности трактует данный предмет как сферу реальных действий правоохранительных органов во взаимодействии с институтами гражданского общества и социально активными гражданами.

В современной российской юридической науке ведутся дискуссии относительно понимания общественной безопасности, поскольку, с одной стороны, она является частью родового объекта преступления, а с другой стороны ‒ видовым объектом преступлений, предусмотренных главой 24 УК РФ.

Бандитизм относится к числу многообъектных преступлений, в связи с чем в рамках данного состава необходимо выделять не только основной, но и обязательный дополнительный объект. Поскольку в результате бандитского нападения возможно причинение смерти или вреда здоровью, нарушение телесной и половой неприкосновенности или половой свободы, причинение имущественного ущерба и т.п., то «в качестве дополнительного объекта бандитизма могут выступать жизнь и здоровье граждан, половая неприкосновенность и половая свобода, отношения собственности, нормальное функционирование организаций и проч.».

Иными словами, общественная безопасность, как совокупность общественных отношений, устанавливаемых и охраняемых государством по поводу нормальных и безопасных условий жизнедеятельности общества в целом и отдельных его граждан – является родовым объектом бандитизма.

Непосредственным объектом бандитизма выступают конкретные общественные отношения или группы взаимосвязанных отношений этой системы ‒ безопасные условия жизнедеятельности граждан, нормальная деятельность предприятий, учреждений и организаций, общественное спокойствие и т. д.

Юридическая природа бандитизма заключается в том, что он объединяет действия, имеющие разные непосредственные объекты посягательства и направленность, в результате чего образуется качественно новое преступление. Преступления, посягающие на общественную безопасность, будь то транспортные, экологические или собственно преступления против общественной безопасности, неразрывно связаны с причинением физического, материального, организационного либо иного вреда гражданам, собственности, деятельности социальных институтов, окружающей природной среде.

При этом «нападение как цель бандитизма немыслимо без насилия (будь то причинения вреда здоровью различной степени тяжести, ограничение личной свободы и т.д.) или его угрозы. Если соответствующие последствия не наступают и отсутствует угроза их наступления, то такие деяния нельзя рассматривать как преступления против общественной безопасности, а в некоторых случаях и вообще как преступления». Однако согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство бандой и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, в связи с чем, лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ. А.В. Сальников считает, что «данное руководящее разъяснение в известной мере противоречит принципу справедливости, поскольку предлагает одновременно инкриминировать по правилам совокупности преступлений как умышленное создание опасности для правоохраняемых благ, так и фактическое причинение ущерба этим благам».

Однако, преступления против общественной безопасности причиняют вред или ставят под угрозу причинения вреда неопределенный круг лиц, материальных объектов, деятельность социальных институтов, поэтому отношениям общественной безопасности как объекту посягательства ущерб причиняется всегда, вне зависимости от конкретных форм его проявления.

Сказанное касается как бандитизма, так и иных преступлений против общественной безопасности. А это заставляет задуматься о том, насколько вообще целесообразно рассматривать общественную безопасность в качестве отдельного объекта: ведь она является состоянием защищенности всех благ, которые уже закреплены как объекты уголовно-правовой охраны в других главах, разделах и статьях уголовного закона.

В ст. 209 УК РФ описаны четыре формы бандитизма: 1) создание банды; 2) руководство бандой; 3) участие в банде; 4) участие в совершаемых бандой нападениях.

Создание банды предполагает совершение любых действий, результатом которых стало образование организованной устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан либо организации. Они могут выражаться в сговоре, приискании соучастников, финансировании, приобретении оружия и т.п.

Так, Артищев С.Ю. решил создать устойчивую вооруженную группу – банду, для нападения на граждан и организации и завладения принадлежащим им имуществом. Реализуя задуманное, Артищев С.Ю. предложил своим знакомым Ильичеву А.В. и Кузнецову Д.А. вступить в состав создаваемой им вооруженной организованной преступной группы (банды) под его руководством, на что Ильичев А.В. и Кузнецов Д.А., дали добровольное согласие. После этого Ильичев А.В. и Кузнецов Д.А. были ознакомлены Артищевым С.А. с организационной структурой банды, которая была определена следующим образом:

— Артищев С.Ю., являясь создателем и руководителем устойчивой, организованной, вооруженной преступной группы (банды).

— Кузнецов Д.А. должен принимать участие в разработке планов совершения нападений, добыче и анализе информации о возможных местах и объектах нападения, распределении ролей между членами банды, а также лично участвовать в совершаемых бандой нападениях на граждан и коммерческие организации и завладении их имуществом.

— Ильичев А.В. должен принимать участие в разработке планов совершения нападений, распределении ролей между членами банды, а также лично участвовать в совершаемых бандой нападениях на граждан и коммерческие организации и завладении их имуществом.

Основой объединения членов банды стало корыстное стремление каждого из них извлечь в результате совместной преступной деятельности материальные блага. Целью банды было совершение нападений на граждан и организации, и завладение принадлежащим им имуществом. «В результате совместной преступной деятельности между членами банды установились устойчивые взаимоотношения, направленные на выполнение определенных преступных действий в интересах банды.»

Для оснащения банды оружием, Артищев С.А. предложил использовать газовый пистолет, являющийся оружием, исправный и пригодный к стрельбе, зарегистрированный в установленном законом порядке на участника банды — Ильичева А.В., который последний должен передавать Артищеву С.Ю. непосредственно перед совершением каждого разбойного нападения, а Артищев С.Ю. должен его использовать с целью подавления воли потерпевших к сопротивлению.

Для обеспечения мобильности перемещения членов банды при совершении нападений, приезда соучастников к месту совершения преступлений, а также перевозки похищенного имущества, использовались автомобили. При этом для достижения цели конспирации внешности, члены банды использовали при нападениях шапки-маски, которые хранились в автомашине Кузнецова Д.А. и использовались участниками банды непосредственно перед совершением преступлений.

Для быстрого обмена информацией и постоянной связи между собой члены организованной преступной группы использовали сотовые телефоны, регистрируя абонентские номера, как на свое имя, так и на имена иных лиц.

Таким образом, Артищев С.Ю., создал и руководил бандой, между членами которой были налажены устойчивые преступные связи, которые проявились в постоянстве способов совершения преступлений, «стабильности и устойчивости осуществления преступной деятельности, направленной на совершение заранее подготавливаемых особо тяжких преступлений».

Момент окончания создания банды определяется в зависимости от способа создания:

1) изначальное формирование банды;

2) преобразование существующей банды путем выделения, разделения, объединения.

Под руководством бандой понимается принятие решений, связанных как с планированием, материальным обеспечением и организацией преступной деятельности банды, так и с совершением ею конкретных нападений.

Руководитель банды имеет неформальные властные полномочия по отношению к членам банды, которые осознаются и принимаются всеми, его указания являются обязательными для исполнения, их игнорирование предполагает применение к нарушителям определенных санкций. Реализация таких полномочий и есть руководство бандой, в какой бы форме она ни выражалась. Данное преступление считается оконченным с момента начала выполнения лицом властных функций в банде».

Например, Г. осуществлял общее руководство бандой и руководил ее участниками непосредственно в ходе преступных действий, лично принимал решения об избрании объектов нападений и времени нападений. Распределял роли среди участников, в строгом соответствии с которыми они затем действовали при совершении преступлений. Он же распределял похищенные деньги.

В другом деле, Артищев С.Ю., являясь руководителем устойчивой, организованной, вооруженной преступной группы (банды), должен был определять оперативное направление ее преступной деятельности, осуществлять общее руководство бандой, вовлекать в ее состав новых участников, склонных к совершению преступлений, совместно с другими участниками банды разрабатывать планы совершения всех преступных действий, распределять роли между членами банды, обеспечивать получение информации об объектах преступного посягательства, лично участвовать в совершаемых бандой нападениях на граждан и коммерческие организации и завладении их имуществом, распределять похищенные денежные средства между членами банды.

При этом, если организатор или руководитель банды поддерживает связи не со всеми участниками банды, то это не влияет на правильность квалификации содеянного им по ч. 1 ст. 209 УК РФ, поскольку его функции по организации и руководству бандой не предполагают непосредственного взаимодействия с иными ее членами.

К примеру, в целях конспирации, а также желая скрыть свою причастность к созданию банды и совершаемым преступлениям, лидер банды общался только с кураторами групп и иными неустановленными лицами, которым давал указания, обсуждал планы нападений и другие вопросы преступной деятельности при личных встречах или с использованием планшетного компьютера с установленным на нем программным обеспечением для совершения звонков посредством сети Интернет.

Кроме того, то обстоятельство, «что лицо перед преступлениями распределял роли между соучастниками и руководил их действиями в ходе совершения преступлений, не свидетельствуют о создании им банды и руководстве ею. Выводы эксперта-психолога о наличии у осужденного индивидуально-психологических особенностей: лидерских тенденций в структуре личности, которые могли найти отражение в осуществлении организаторской и руководящей деятельности, свидетельствовали лишь о возможности осужденного быть лидером и организатором, но не доказывали совершение им действий, составляющих объективную сторону бандитизма».

Следующей формой бандитизма является участие в банде (ч. 2 ст. 209 УК РФ). Участие в банде представляет собой не только непосредственное участие в совершаемых ею нападениях, но и выполнение членами банды иных активных действий, направленных на ее финансирование, обеспечение оружием, транспортом, подыскание объектов для нападения и т.п. (п. 9 Постановления пленума Верховного Суда РФ № 1). Какие еще действия подпадают под это «и т. п.» Верховный Суд РФ никаких пояснений на это счет не дает. Например, участник банды, не зная о планируемом преступлении, подвозит на личной автомашине исполнителей убийства к месту совершения преступления. Можно ли квалифицировать его действия как активного участника банды? С одной стороны, если исходить из разъяснений Верховного суда РФ, то состава преступления в его действиях нет. С другой стороны, подобные действия водитель в любом случае совершает в интересах банды. Следовательно, он, по крайней мере, является активным участником банды и подлежит уголовной ответственности пусть только за бандитизм, без совокупности с убийством, совершенным другими участниками банды. Каким образом суд при вынесении приговора может отличить активного участника банды от остальных его членов, не подлежащих уголовной ответственности в рамках действующего уголовного кодекса? Ответа на это вопрос законодательство, разъяснения Верховного Суда РФ и практика его применений не дают.

На практике это решается следующим образом. Например, ФИО, являясь активным участником банды, по указанию ее лидера, курировал группу членов банды, специализирующуюся на совершении  нападений на граждан в целях убийства, подыскивал новых членов банды и лиц, необходимых для участия в конкретных нападениях, согласовывал их участие в банде или преступлениях с руководителем преступного формирования, получал лично от последнего указания на совершение убийств определенных лиц, а так же необходимую информацию об объектах преступного посягательства, доводил их до курируемой группы членов банды.

Кроме того, в интересах банды ФИО хранил огнестрельное оружие и боеприпасы, обеспечивал ими иных членов банды, планировал совершение преступлений, распределял роли участников нападений и согласовывал их с лидером банды, за счет полученных от лидера банды денег обеспечивал курируемую группу членов банды жильем, дополнительными транспортными средствами, средствами связи, организовывал сбор информации о потерпевших, передавал членам курируемой группы банды в качестве оплаты за выполняемые нападения на граждан денежные средства, полученные от руководителя банды, а также принимал непосредственное участие в подготавливаемых убийствах.

Другой участник этой же банды в интересах банды осуществлял хранение огнестрельного оружия и боеприпасов, по указанию лидера обеспечивал участников банды и иных участвующих в преступлениях лиц необходимым для совершения нападений оружием и транспортными средствами, подыскивал лиц, необходимых для участия в совершаемых бандой нападениях, согласовывал их участие в преступлениях с лидером банды, получал лично от последнего указания на совершение убийств определенных лиц, необходимую информацию об объектах преступного посягательства, определял наиболее подходящие для совершения нападений места, в деталях планировал действия всех участников преступлений и согласовывал их с лидером банды, за счет полученных от создателя банды денег обеспечивал задействованных в нападениях лиц жильем, транспортными средствами, средствами связи, обеспечивал сбор дополнительной информации о потерпевших, передавал исполнителям преступлений в качестве оплаты за выполняемые нападения на граждан денежные средства, а также принимал непосредственное участие в подготавливаемых убийствах.

Непосредственный объект бандитизма можно определить как систему общественных отношений, обеспечивающих защищенность жизненно важных интересов личности, общества и государства от разнообразных внутренних и внешних угроз общеопасного характера.


Субъект и субъективная сторона бандитизма

В силу положений, содержащихся в ст. 19 и ч. 1 ст. 20 УК РФ субъектом преступления, предусмотренного ч.ч. 1 и 2 ст. 209 УК РФ, является физическое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, являющееся организатором или руководителем банды, её участником, а также участником совершаемых бандой нападений на граждан или организации.

Согласно господствующему в отечественной доктрине уголовного права мнению, субъективная сторона преступления это психическая деятельность  лица, которая связана с совершением преступления, и которая образует его внутреннюю (в отличии от объективной стороны) сущность.

Необходимо также отметить, что субъективная сторона преступления, как элемент конструкции состава преступления является весьма сложной для установления не только теоретически, но и практически, так как она характеризует процессы, протекающие в психике виновного и не поддаётся непосредственному восприятию органами чувств человека.

Субъективная сторона бандитизма — это относительно сложное образование, состоящее из ряда взаимосвязанных социально-психологических элементов. Содержание субъективной стороны бандитизма раскрывается с помощью таких юридически значимых признаков, как вина, мотив, цель.

В своей совокупности они дают представление о внутреннем процессе, который происходит в психике лица, и отражает взаимосвязь интеллектуального и волевого признаков вины.

По смыслу ст. 209 УК РФ совершение любой из четырех форм исследуемого состава преступления возможно только с прямым умыслом.

В интеллектуальный элемент умысла участника банды входит осознание того, что он является членом банды. Волевой элемент характеризуется желанием этого. Другими словами, участник должен сознавать тот факт, что он действует совместно с лидером (главарем) и остальными членами банды, а также сознавать вооруженность соответствующего организованного преступного формирования и реальную возможность применения оружия в процессе совершения нападений на граждан и их организации.

В данном контексте необходимо отметить, что понимание субъективной стороны состава преступления в отечественной теории уголовного права неоднозначно. Например, некоторые исследователи отождествляют понятие субъективной стороны состава преступления с виной, в которую, по их мнению, входят мотив и цель.

Другие учёные рассматривают субъективную сторону исключительно как элемент вины, которая выступает как одно из оснований привлечения к уголовной ответственности.

Иной точки зрения, представляющейся более правильной, придерживается Л.Д. Гаухман, который указывает, что мотив и цель, выступающие в общем понятии субъективной стороны состава преступления как факультативные признаки, обязательно включаются субъективную сторону конкретного состава преступления, тогда, когда они являются для него обязательными или факультативными.

Необходимо отметить, что цель позволяет отграничить бандитизм от смежных составов преступлений, сопряженных с организацией преступной деятельности (ст. 208, 210, 282.1 УК РФ).

Установление не только цели, но и мотива имеет факультативное значение в составе бандитизма. Под мотивом следует понимать обусловленное определёнными потребностями и интересами внутренне побуждение, вызывающее у лица решимость совершить преступление. То есть, мотив как бы отвечает на вопрос, какие именно причины побудили лицо совершить то, или иное преступление, например, бандитизм.

Представляется, что при анализе субъективной стороны бандитизма в соответствии с уголовно-правовым принципом вины, необходимо установить, что умыслом каждого участника банды охватывались следующие обстоятельства:

— совместное с другими лицами осуществление преступной деятельности, то есть каждый участник банды осознает фактический характер не только совершенных им действий, но и действий других соучастников, направленных на совершение этого преступления, и желает их совершения;

— участники банды объединяют свои усилия для достижения единой цели (нападение на граждан и организации);

— мотивы участников банды могут быть самыми разнообразными (например, совершение нападений было предварительно простимулировано получением участниками банды денежного вознаграждения).

Как показывает проведенное исследование материалов уголовных дел, мотивация участников банды практически всегда носит корыстный характер.

Корысть как мотив совершения преступления означает, что в основе побудительных причин общественно опасного деяния лежит стремление получить какую-либо материальную выгоду, пользу.

Характеризуя реалии российской преступности и борьбы с ней В.В. Лунеев справедливо отмечает, что корысть становится самым главным и самым доминирующим мотивом современного преступного поведения.

Надо отметить, что в ходе судебного разбирательства важно установить, какими мотивами руководствовался каждый участник банды. Таким образом, установление мотива позволит выявить причину совершения преступления и, следовательно, наметить мероприятия по его предупреждению.

К субъективным признакам рассматриваемого преступления относится и собственно субъект бандитизма, выступающий одним из обязательных элементов состава преступления.

По действующему уголовному законодательству субъектом бандитизма является физическое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, виновно совершившее общественное опасное деяние и способное нести за него уголовную ответственность.

При этом несовершеннолетние участники банды в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет могут быть привлечены к уголовной ответственность только за те общественно опасные деяния, за которые, установлено наказание с четырнадцатилетнего возраста (ст. 20 УК РФ).

Наука уголовного права и уголовное законодательство устанавливают, что субъектом преступления признается физическое лицо, не только достигшее определенного возраста, но при этом еще и способное осознавать фактический характер и общественную опасность совершаемого деяния и руководить своими поступками, т.е. быть вменяемым.

Не случайно вопрос о вменяемости рассматривается, как правило, в доктрине уголовного права, и вменяемость субъекта является краеугольным камнем всех теорий, признающих основанием наказуемости виновное посягательство на правопорядок.

Вменяемость как психическое состояние лица, при котором оно в момент совершения преступления было способно осознавать характер своего поведения и руководить им в определенной и конкретной ситуации, наряду с возрастом является неотъемлемым признаком субъекта как элемента состава преступления.


Отграничение бандитизма от преступлений, предусмотренных ст.ст. 205, 208, 210 УК РФ

В первую очередь, необходимо определить, что бандитизм – это преступление, предусмотренное ст. 209 Уголовного кодекса Российской Федерации, и определяется как «создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой)».

Террористический акт является наиболее серьезным из всех преступлений террористической направленности. Так, в соответствии со ст. 205 Уголовного кодекса Российской Федерации, террористический акт представляет собой действие, выражающееся в совершении взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями.

Основным объектом террористического акта признается общественная безопасность и нормальное функционирование органов власти. В связи с тем, что для данного вида преступлений террористической направленности характерны и человеческие жертвы, так как основной целью террористического акта является запугивание населения, дестабилизация деятельности общественных структур и государственных органов, то жизнь человека является дополнительным объектом, как и здоровье, право собственности.

Следует также учитывать, что террористический акт не всегда направлен на неопределенное количество лиц, он также может быть направлен и на конкретных должностных или иных лиц, в целях запугивания и побуждения к принятию решения, а равно и воздержания от принятия решения, которое необходимо организации, осуществляющей теракт.

Объективной стороной террористического акта являются: совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели людей, а также угроза совершения вышеуказанных действий.

Применительно к террористическому акту под иными действиями следует понимать действия, которые по своим последствиям сопоставимы с вышеуказанными. К таким действиям можно отнести: устройство аварий на объектах жизнеобеспечения или транспортных коммуникациях; захват и разрушение зданий; вооруженные нападения на населенные пункты; обстрел; заражение продуктов питания или питьевого водоснабжения и др. Указанные действия, образующие объективную сторону террористического акта, идентичны действиям, образующим объективную сторону преступления, предусмотренного п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть убийства общеопасным способом.

Однако следует заметить, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 205 УК РФ, характеризуется прямым умыслом и специальной целью, то есть виновный осознает общественную опасность своих действий, предвидит наступление общественно опасных последствий и желает их наступления.

Целью данного преступления является устрашение населения, а также оказание воздействия на органы власти и должностных лиц в целях принятия ими решения, выгодного для организатора террористического акта либо воздержаться от действий, которые были бы ему невыгодны.

Субъективная сторона убийства общеопасным способом характеризуется виной в виде прямого и косвенного умысла. Преступник желает убить конкретного человека или конкретную группу лиц, однако совершает преступление способом, при котором заведомо для преступника опасности подвергаются и иные лица, умысла на убийство которых у преступника не было, однако к их смерти преступник относится безразлично.

При этом необходимо установить, что виновный осознавал общеопасный способ совершения преступления.

Таким образом, разграничение указанных преступлений возможно по субъективной стороне преступления. В случае если умысел виновного направлен на причинение смерти неограниченному количеству лиц в целях запугивания и оказания воздействия на органы власти, то содеянное следует квалифицировать по ст. 205 УК РФ. Если же умысел преступника был направлен на убийство конкретного лица или группы лиц, при этом преступление совершается способом, при котором могут пострадать и иные лица, к гибели которых преступник относится безразлично, то речь, безусловно, идет об убийстве общеопасным способом.

В правоприменительной практике возникают проблемы при отграничении бандитизма от террористического акта, которое необходимо проводить по объективной стороне, целям и субъекту. Объективная сторона как признак состава бандитизма – создание устойчивой вооруженной группы, а равно руководство такой группой, либо участие в устойчивой вооруженной группе или в совершаемых ею нападениях.

Физически вменяемое лицо является субъектом деяний, предусмотренных статьей 205 УК РФ и статьей 209 УК РФ. Различен возраст привлечения к уголовной ответственности по рассматриваемым статьям – если по статье 205 УК лицо привлекается к уголовной ответственности с 14 лет, то по статье 209 УК – с 16 лет.

Анализ судебно-следственной практики показал, что созданные и принимавшие участие в 1990–1999 гг. во внутренних вооруженных конфликтах на территории Российской Федерации вооруженные группировки (объединения) и отряды представляли собой союз вооруженных лиц со своей внутренней структурой и иерархией.

Тактика действий таких бандформирований приближалась к действиям регулярных войск. В этом случае они имеют структуру и состав по типу войсковых: бригады или полки, батальоны, роты или сотни, взводы, отделения. На современном этапе, понимая бесперспективность открытого вооруженного противоборства с федеральными силами, незаконные вооруженные формирования приняли на вооружение тактику очаговой обороны, засад, «ловушек», стремительных рейдов и налетов мобильных отрядов, перешли к внезапным вооруженным выступлениям мелкими группами. Боевики начали использовать способы и методы партизанской борьбы, основанные на постоянном ведении разведки, внезапности, быстротечности и военной хитрости, которым присущ активный и дерзкий характер. То есть в основе вооруженной борьбы незаконных вооруженных формирований лежат партизанские действия. Данные действия включают: засады, налеты, обстрелы военных и хозяйственных объектов, минирование дорог, диверсионно-террористические действия. При этом преследуется одна из целей – дестабилизировать обстановку и показать силу существующей власти, а также не дать возможность нормализовать и стабилизировать обстановку на своей территории.

Засада является наиболее эффективным способом противостояния федеральным силам, что приводит к деморализации подразделений, сеется страх, неуверенность, безысходность и паническое настроение среди личного состава. В зависимости от места, применяемого боевого порядка и способа действий засады, выставляемые боевиками, делятся на встречные, параллельные и круговые. С учетом вышесказанного можно говорить об отличиях банды от незаконного вооруженного формирования и в количественном составе участников этих групп.

Банда как разновидность одной из формы соучастия согласно ст. 32 УК РФ признается таковой, если в ее состав входят как минимум два физических лица. Основываясь на толковании ст. 208 УК РФ, представляется теоретически и практически возможным состав незаконного вооруженного формирования из двух человек. Но в то же время на практике это, скорее всего, далеко не так.

Организаторы незаконных вооруженных формирований стремятся создать по численности объединение, подобное воинской части или подразделению, организованную структуру военизированного типа, обладающую единоначалием, боеспособностью, жесткой дисциплиной, определенной формой и опознавательными знаками.

В связи с этим количественный состав незаконного вооруженного формирования должен соответствовать хотя бы первичному звену воинской части – отделению.

Банда и незаконное вооруженное формирование имеют обязательным своим признаком вооруженность. При этом степень и характер их вооруженности отличаются.

Полная аналогия с такой трактовкой понятия «вооруженность незаконного вооруженного формирования» недопустима. Более того, Пленум Верховного Суда Российской Федерации трактует признак вооруженности как обязательный признак незаконного вооруженного формирования, предполагает наличие у его участников любого вида огнестрельного или иного оружия, боеприпасов и взрывных устройств, в том числе кустарного производства, а также боевой техники. Различными являются характер и содержание вооруженности. Если для банды признак вооруженности образует наличие у его членов гражданского гладкоствольного, холодного или газового и пневматического оружия, за оборот которого уголовная ответственность не наступает, то для незаконного вооруженного формирования наличия только этих видов оружия (для признака вооруженности) недостаточно.

Следует добавить, что для признания незаконного формирования вооруженным необходимо наличие следующих условий: наличие пригодного для использования огнестрельного оружия и взрывных устройств у большинства его участников; применение оружия должно охватываться умыслом каждого из участников; готовность его применения для решения поставленных перед ним задач, т. е. оружие должно быть пригодно для поражения живой и иной цели, с использованием которого можно вести боевые действия. Количество оружия и его поражающая мощность должны быть достаточны не только для проведения разовых акций, но и длительных вооруженных конфликтов.

Как отметил Т. М.-С. Магомедов, вооруженность незаконного вооруженного формирования должна быть такой, чтобы его участники были способны провести операцию по типу войсковой (боевой), а не просто нападение на граждан или организацию.

Таким образом, вопросы квалификации при отграничении организации незаконного вооруженного формирования от бандитизма являются актуальными, требуют дальнейшего теоретического разъяснения и практического подтверждения. Основным отличительным признаком незаконно созданного вооруженного формирования мы считаем прежде всего то, что оно представляет собой разновидность военного формирования и функционирует с целью осуществления задач военного характера, а это в свою очередь предопределяет остальные важные отличительные признаки изучаемых составов преступлений.

Другими важными отличительными признаками являются:

— цель незаконного вооруженного формирования, которая заключается в способности и стремлении провести боевую операцию по типу войсковой (реальное ведение боевых действий);

— количественный состав незаконных вооруженных формирований, который обусловлен целью создания этих формирований и должен соответствовать хотя бы первичному звену воинской части – отделению;

— вооруженность. Для признания незаконного формирования вооруженным необходимо наличие пригодного для использования огнестрельного оружия и взрывных устройств у большинства его участников.

Количество оружия и его поражающая мощность должны быть достаточны не только для проведения разовых акций, но и длительных вооруженных конфликтов.

Наиболее важный, на протяжении многих лет, схожий с составом организации преступного сообщества (организации) состав — ст. 209 бандитизм. Некоторые ученые, даже, относят его к числу преступных сообществ.

В практике возникают часто вопросы относительно квалификации данных составов ст. 209 УК РФ и ст.210 УК РФ по совокупности. Так же в науке существует мнение, что термины «устойчивость» в банде и «сплоченность» в преступном сообществе – синонимичны. Скажем, нет сплоченности без устойчивости, либо, наоборот, устойчивости без сплоченности. И это говорит о том, что данные термины не должны восприниматься по-разному и не могут быть критериями для разграничения смежных составов по степени их организованности. Но, несмотря на схожесть, это все-таки разные по конструкции составы. В первую очередь, они различны по субъективным признакам.

Для преступного же сообщества (организации) присуще совершение тяжких либо особо тяжких преступлений, с получением прямо или косвенно финансовой, либо иной материальной выгоды. Следующим принципом разграничения является вооруженность.

Банда — это обязательно вооруженная группа, тогда как для преступного сообщества (организации) оружие — признак необязательный. Участники банды обладают огнестрельным, газовым, пневматическим и др. видами оружия, с которыми участники группы достигают своих преступных целей. Признак вооруженности для банды — конструктивный. Но и в преступном сообществе (организации) на практике случается, когда участник группы обладает оружием.

И, наконец, в ст. 209 УК РФ речь идет об организованной группе, тогда как ст. 210 УК РФ — это преступное сообщество (преступная организации). Изучение материалов уголовных дел показывает, что изначально большинство из них возбуждалось не по ст. 210 УК РФ, а по смежным составам преступлений. Хотелось бы, чтобы в дальнейшем правоприменителями всегда устанавливалась верная квалификация и впоследствии назначалось справедливое наказание виновным, а также предупреждение новых преступлений.

Оставьте комментарий